Мир психологии

психология для всех и каждого

Дата: 13.11.18

Время: 23:15

почта: dreamkids@mail.ru

Вы здесь: Взрослые Родителям Для всех Предупреждение неврозов у детей. Часть 2.

Предупреждение неврозов у детей. Часть 2.

В этой части речь идет об основных ошибках, допускаемых родителями в процессе воспитания.

Основные принципы воспитания спокойного ребенка.

Каковы же основные ошибки воспитания, вызывающие и закрепляющие самые различные проявления у детей? Рассмотрим их на примере. Отец привел на консультацию своего сына, ситуация типична. В кабинет вошел мужчина лет тридцати пяти.

– Я привез на консультацию своего сына, - начал он. – Сын пока за дверью, я хочу несколько слов сказать предварительно без него. Трудный это мальчик - сладу с ним нет. Требовательный, капризный, непослушный. Если что не по нему, сразу начинает кричать, топать ногами, а сестренку, а порой и бабушку, может даже ударить. И главное, не понять, в чем причина. Смотрели его несколько врачей у нас в Вильнюсе, и одни говорят, что он нервный и это от его нервности, а другие – что здоров и это просто распущенность. Ну как тут, при таком разбросе мнений, к нему подходить.

- Как рад, что наконец, к вам выбрался. Вот решил довериться, как вы скажете, так и будет. Если скажите, что он нервнобольной, будем лекарства давать, какие назначите, и, главное, терпеть будем безропотно все его выходки. Ведь если он нервный, он не виноват. А скажете, что здоров, ну, тогда сам его так приструню, что забудет все свои художества.

- Конечно, я осмотрю вашего сына, - сказал я, - но уже могу сказать заранее свое решение: он очень нервный ребенок.

- Откуда вы знаете? Вы ведь его еще не видели?

- Из вашего заявления как вы поступите, услышав мое решение, - ответил я.

На секунду он растерялся, затем лицо его озарилось улыбкой:

- Понимаю, - сказал он. – Вы считаете, что к ребенку нельзя вообще применять строгих мер, и поэтому скажете мне, что он нервный.

- Нет, - ответил я. – Я совсем не за вседозволенность и воспрещение, дело в другом. Попробую вам объяснить.

Казалось бы, в установке есть логика, и к сожалению, эту «логику» разделяют многие, даже врачи: если ребенок нервный, он не виноват в своих поступках, и главное, нельзя с него взыскивать, наказать его чтобы еще не усугубить нервный проявления; а если здоров, - ну тут можно и нужно быть строгим. Исходя из этих позиций, ребенку с нервными реакциями, с подергиваниями, заиканием и т.п. позволяют все то, что никогда не пропустили бы здоровому. Что же получается? Нервные проявления оказываются выгодными, а спокойное поведение – невыгодным.

А ведь мы из учения о высшей нервной деятельности и науки о поведении знаем, что все, что приносит «пользу» (субъективно – удовольствие), организм закрепляет и развивает, а все, что приносит «вред» (субъективно – неприятности), пытаемся изжить. Без этой основной закономерности не могли бы ни развиться, ни существовать животные, приспособляясь к внешней среде, и к социальной среде – человек. Осуществляется это независимо от воли или сознания, в данном случае ребенка.

Например. Близнецы – брат и сестра. Брат чуть заикается, сестренка нет. Они совместно нашалили. Девочку наказали, мальчика нет, так как он заикается и его нельзя травмировать. С этого дня девочка стала заикаться, а мальчик стал тяжелейшим заикой, - заикание оказалась выгодным.

Еще пример. Девочка раньше страдала двигательным неврозом – подергиваниями. Они прошли. Она попросила старшую сестру дать ей на праздничный вечер свое нарядное платье. Та - отказала, а на просьбу матери дать платье (так как сестра нервная с подергиваниями) -  ответила, что она уже не дергается и поэтому уже нет нужды баловать ее. После этого нервные тики возобновились.

Таких примеров можно было бы привести сколько угодно.

А ведь вы, - сказал я отцу, - именно и держитесь таких установок по отношению к своему сыну: если он нервный – ему все дозволено, если окажется здоровым – я ему не позавидую. Отсюда можно вперед предсказать, что при таком воспитании ваш сын окажется нервнобольным, так как нервность ему выгодна и с каждым днем он будет становиться все нервнее; у него будут присоединяться все новые нервные проявления.

Проявите максимум доброты, ласки, сочувствия к ребенку, когда он спокойно что-либо просит, но не потакайте никаким нервным проявлениям – плачу, злости, капризам. Не ограничивайте свободы ребенка, но твердо и решительно обрывайте его нетерпимые поступки без всяких скидок на нервное, болезненное состояние. Приучите его с первого же раза слушаться спокойно сказанного слова. Обязательно выполняйте как все обещания, так и угрозы, чтобы слово всегда было связано с соответствующим ему адекватным ощущениям приятного или неприятного, и этим закрепите роль слова, так называемой второй сигнальной системы. А ведь на второй сигнальной системе (связи слова устного или письменного с ощущением) базируется и основная масса школьной программы.

Повторяю, ни в коем случае нельзя допускать, чтобы ребенок использовал свои нервные проявления с целью получения реальной или моральной выгоды, - и он будет здоровым, крепким, послушным, полноценным. Ну, а теперь пригласите вашего сына.

В этой короткой беседе с отцом мы изложили краеугольный камень воспитания спокойно ребенка.

Еще раз подчеркнем, что основным положением этологии (науки о поведении животных) и экологии (науки о взаимодействии организма с окружающей средой), для человека в первую очередь средой социальной, является закрепление тех функций и действий, которые целесообразны для выживания организма, для сохранения вида, а для того, чтобы побудить именно к этим действиям, они должны быть приятны, приносить удовольствие, и наоборот, вредные для его носителя и вида поступки, чтобы отучить от них, чтобы они больше не повторялись, должны вызывать неприятные или болезненные ощущения.

Это теснейшим образом переплетается с законом образования условного рефлекса. Если какое-то действие (само по себе нейтрально) сопровождается положительным ощущением, чувством приятного, оно закрепляется, а если чувство неприятного, болезненного, оно тормозится и прекращается. Если животное вслед за нажатием правой педали получает лакомство, а за нажатием левой следует удар током, оно всегда будет нажимать правую и никогда не будет нажимать левую педаль.

Поступки, которые приносят ребенку реальное или морально удовлетворение, он будет стремиться повторить и закрепить, а те, которые вызовут неприятное чувство, он будет избегать и постепенно отвыкнет от них. В этом великая роль в воспитании наград и наказаний (все равно реальных или моральных).

Казалось бы, все очень просто: применяя награду за желательное и наказание за нежелательное для нас проявление, мы можем всегда полностью управлять поведением ребенка, и чем эти награды или наказания будут сильнее, тем быстрее и прочнее будет эффект их взаимодействия.

Однако оказывается, что в вопросе о применении наказаний и наград все обстоит не так просто и однозначно, и на этой проблеме, имеющей огромное значение для воспитания спокойного ребенка, необходимо остановиться подробнее.

В последнее столетие человечество отказалось от использования резких болевых воздействий в обучении, воспитании, обуздании, дрессировке. Это характерно, хотя и в разной степени выражено, для всех стран и народов и в самых различных сферах деятельности.

В угловых законодательствах всех стран изъяты наказания, связанные с применением боли; в подавляющем большинстве педагоги высказываются простив физических наказаний (а некоторые даже против всяких наказаний) при воспитании детей; дрессировщики перешли к безболевым методам обучения животных. В многочисленных статьях указывается, что болевые методы не оправдали себя в уголовном праве, чаще портят, чем помогают, при обучении и воспитании детей, затягивают дрессировку животных.

Между тем до последнего столетия все человечество тысячелетиями применяло именно болевые методы в обучении, в воспитании, обуздании, дрессировке. В чем же дело?

Одни убеждены, что лишь в последнее время мы поныли, что болевым воздействием пользоваться нецелесообразно, что наказание растит раба; другие считают, что отказ от болевых методов – это просто «модная выдумка теоретиков», что безнаказанность растит хулигана и до добра не доведет.

Нам кажется, что трудно себе представить, что тысячелетиями люди во всех странах совершали грубейшую ошибку, применяя болевые наказания, не обнаруживая, что они действуют хуже, чем мягкие методы воздействия, и еще труднее согласиться, что сейчас почти все педагоги, криминалисты, дрессировщики из соображений моды  отказались от болевых наказаний.

Давайте попробуем разобраться, в чем тут дело; разобраться спокойно, откинув, хотя это и не всегда легко, эмоции жалости или негодования к «правонарушителям». Что же действеннее: резкие или мягкие методы воздействия, и почему мы от резких перешли к мягким?

Что такое боль? В чем ее биологический смысл? Боль есть сигнал острой опасности для организма, требующий принятия экстренных и энергичных мер к устранению вызвавшего его источника и предупреждению от повторений подобных грозящих болью ситуаций.

Волчонок схватил ежа, накололся на его колючки, испытал боль и усвоил, что хватать ежей нельзя; собака сунула лапу в костер, испытала боль от ожога и больше не подходит к костру. Если бы боли не было, волки погибли бы от ран, продолжая пытаться лакомиться ежами, а собака залезла бы в костер и сгорела бы. Без боли животный мир не смог бы выжить.

Трудно приходиться даже человеку, у которого отсутствует чувство боли. Существует заболевание – сирингомиелия, при котором из-за разрушения задних рогов спинного мозга, где проходят болевые пути пропадает на определенном участке тела болевая и температурная чувствительность (с сохранением тактильной, осязательной и чувствительности других видов).

О своем заболевании эти больные нередко впервые узнают при трагических обстоятельствах. Так, молодая женщина, придя с работы, вскипятила на электроплите чай и, попивая его, стала смотреть телевизионную передачу, прервав свое безмятежное времяпрепровождение лишь из-за противного запаха паленого мяса: оказалось, что она нечаянно положила левую руку на включенную электроплиту и запах исходил от горевших мышц ее собственной кисти. Другая больная, прокручивая мясо на мясорубке, увлекалась разговором с соседкой и не заметила, что крутя ручку мясорубки, уже давно перемалывает не говядину, а придерживавшие ее пальцы своей  руки. Третий заснул, прислонившись к накаленной печке, и получил значительные ожоги. Таких примеров много.

Мы можем использовать болевое воздействие в своих целях: ударяем кнутом лошадь, и она бежит быстрее; ударяем собаку, попробовавшую схватить мясо со стола, она перестает это делать.

Казалось бы, все очень просто: правы сторонники применения болевых воздействий в обучении и воспитании, и отказ от них лишь из-за страха быть обвиненными в «негуманности». Однако на самом деле вопрос решается не столь однозначно, иначе едва ли гуманные методы одержали бы столь решительную победу во всех сферах деятельности и во всех странах.

Вы хотите научить собаку просовывать лапу в круг и не просовывать в квадрат. Для этого, исходя из вышеуказанного, вы подкармливаете ее, когда она протянет лапу в круг, и ударяете ее, когда она потянется к квадрату. И тут, к своему удивлению, обнаруживаете, что примененный вами метод обучения крайне несовершен. Обучить собаку отличить круг от квадрата, применяя резкие болевые раздражители, будет куда труднее и длительнее, чем, если бы вы, подкармливая «за круг», просто отодвигали рукой е лапу от квадрата, не причиняя ей боли. Дело в том, что собака, боясь получить удар «за квадрат», не будет протягивать лапу и к кругу.

Переходя на физиологический язык, скажем, что резкое болевое воздействие «за квадрат», вызвав распространное возбуждение коры головного мозга, затормозит и «круг», т.е. не даст возможности выработать тонкую дифференциацию во всех видах трудовой деятельности, во всех аспектах обучения и поведения. При воспитании детей в современном обществе в первую очередь нужно овладеть рядом тонких дифференцированных приемов, и применение тут резких наказаний (независимо даже от соображений гуманности) оказывается нецелесообразным.

Опыт показывает, что ребенка несравненно труднее обучить бытовым и трудовым навыкам, наказывая его за ошибку, чем мягко поправляя. Ребенок, находящийся под страхом наказания за случайную ошибку, чаще всего ее и совершает. Если вы пригрозите ему: « Посмей только принести мне еще раз двойку!», вы можете твердо рассчитывать на то, что, запуганный этой возможностью, он как раз и сумеет решить школьную задачу и принесет вам эту двойку.

Даже обещание очень желательной награды за хорошие оценки, как правило, заставляя ребенка волноваться, вызывает распространенное возбуждение в коре и тем самым резко ухудшает результаты.

Это положение верно и при обучении животных. Такой знаток работы с дельфинами, как Джон Лили, говорил, что если при обучении дельфина применять не только болевое наказание за ошибку, но даже заманчивый корм за правильное выполнение, дельфин из-за страха наказания или стремления к награде не выработает тонкой дифференцировки, т.е не сумеет обучиться более или менее сложным действиям. Лишь ласковое поглаживание за правильное выполнение задачи и отсутствие его за неправильное позволяет животному быстро освоить выполнение сложного задания.

Поэтому сейчас почти все дрессировщики перешли на гуманные методы воздействия и получают результаты несравненно быстрее и лучше, чем при ранее применявших резких болевых приемах. Болевое воздействие применяется лишь при затормаживании абсолютно нетерпимых опасных действий, например при попытке нападения.

Интересный эксперимент произведен М.Н. Валуевой. Человек выполнял работу, успех который зависел от правильности его реакций на слабые звуковые сигналы. За пропуск сигналов в одной серии экспериментов наказывался экспериментатор (наказание было безвредное, но достаточно неприятное), в другой серии – партнер по опытам. Оказалось, что большинство участников опыта волнуются сильнее (степень волнения определялась по изменению пульса), когда наказание угрожает им самим, но лучше различает слабые сигналы, если за ошибки наказывают другого. Этот эксперимент, нам кажется, хорошо иллюстрирует вышеуказанное положение, что страх перед болью, хотя и усиливает желание ее избежать, мешает выполнению работы, требующей тонкой дифференцировки.

Поэтому при обучении, воспитании, организации трудовых процессов следует применять мягкие методы воздействия, которые могут обеспечить высокую степень технического и социального прогресса в любом высокоорганизованном и цивилизованном обществе.

Очень интересно, что исследованиями последних лет, как на животных, так и на детях, установлено, что привычки (рефлексы), выработанные на отрицательном (оборонительном) подкреплении, т.е. на угрозе наказанием, очень плохо поддаются, даже при изменившихся обстоятельствах, какой-либо переделке или совершенствованию, а выработанные на положительном (пищевом) подкреплении, т.е. на награде, в дальнейшем легко совершенствуются, обобщаются, подвергаются творческой переработке.

Итак, наказания допустимы лишь в случаях, если другие методы оказались безрезультатными, при затормаживании абсолютно нетерпимых социальных действий: ударить человека, издеваться над животными, украсть, подделать отметку и т.п., т.е. поступков, за которые взрослых привлекли бы к уголовной ответственности.

По нашему законодательству человек ответствен перед законом с 14 лет, т.к., конечно, бессмысленно сажать в тюрьму пятилетнего ребенка. Однако даже с самого раннего детства ребенок должен отвечать за содеянное. Взрослым нужно понимать что,  столкновение закрепившихся асоциальных привычек с требованиями общества и государства, приводит к нервному срыву (неврозу) или к конфликту с законом.

Крайне желательно, чтобы ребенок не только знал, что можно и что нельзя: за что хвалят, а за что ругают, но и понимал, почему надо так делать. Важно, чтобы указания старших постепенно перерастали в собственное глубокое и единое убеждение ребенка.

Если в детстве не внушать ребенку, что считаться с законами природы и общества необходимо, вне зависимости от того, нравятся они ему и согласен ли он с ними, он легко может быть вовлечен в конфликт, который приведет его, если не к увечью или скамье подсудимых, то к неврозу.

Важно научить ребенка сочувствовать, или лучше сказать, сопереживать, то есть чувствовать и переживать радость и боль другого человека или даже животного, как собственные, поставить себя на его место. Ведь, пожалуй, основное эмоциональное воздействие художественной литературы основано именно на том, что мы бессознательно ставим себя на место героя, сопереживаем с ним вместе.

Ребенок обычно является объектом любви, забот, ухода, но нужно, чтобы он и сам о ком-то заботился. И тут иногда неоценимую пользу приносят щенок, котенок или иное другое животное, которого ребенок ласкает, о котором заботится, по отношению к которому он является «старшим». Только не играйте на любви ребенка к животному как на инструменте подчинения его своим требованиям. Страшно, если (как иногда, к сожалению, бывает) отец говорит сыну: «Не исправишь двойку по математике – я твоего котенка на улицу выброшу!».

Через любовь к животным дети легче всего научатся любить природу в целом (в том числе и других людей), что важно не только с точки зрения развития эстетического восприятия окружающего, но и в создании хорошего настроения от общения с природой, а хорошее настроение – лучшее лекарство для предупреждения нервно-психических нарушений.

Когда мать любит и ласкает ребенка, то этим формирует у него потребность любить и быть любимым. Если ребенок с детства, даже имея все необходимое условия и блага, лишен любви, он вырастает с тяжелыми моральными и сексуальными дефектами. Это положение подтверждено не только многочисленными наблюдениями над людьми, но и специальными экспериментами над обезьянами и другими высшими животными. Так, детенышей обезьян отделили от матерей и воспитывали с искусственной мамой – куклой, покрытой шерстью, теплой, в которой можно было прятаться от опасностей, которая снабжала детенышей пищей. Однако тот факт, что кукла не проявляла эмоций, - не ласкала, не прикасалась, не вылизывала, не шептала, - оказался роковым. Когда такие детеныши вырастали, обнаруживалось, что они имели более низкое развитие, не были любознательными, не умели ладить с окружающими; были агрессивными, отказывались от ухода за собственными детенышами, а в ряде случаев обнаруживали неразвитость сексуального поведения, не дающего возможности вообще иметь потомство.

Поэтому необходимо не только обслуживать ребенка, но и проявлять к нему свою любовь, ласкать его, говорить ему нужные слова даже в грудном возрасте, хотя он еще не понимает их значения. В закрытых детских учреждениях это вменено сейчас в обязанности всему персоналу.

Мать должна проявлять свою любовь к ребенку, но нельзя, чтобы она переходила в сверхзаботу, лишающую его возможности испытывать радость самостоятельности – необходимое качество, присущее ребенку, и ее надо всячески поддерживать, а не обрывать. Конечно, быстрее и проще самой одеть или умыть трехлетнего малыша, чем наблюдать, как он пытается это сделать, но дайте ему испытать радость самостоятельности.

Всякое поведение усиливается и активизируется, если оно сопровождается эмоциями – радостью, удовольствием. В ряде детских учреждениях, для ослабленных детей дошкольного возраста, лечение радостью стало мощнейшим фактором. Даже неприятные лечебные процедуры, например лечение зубов, инъекции и т.п., обыгрываются так, что ребенок получает от этого радость. Этим занимается специальный врач по лечебной педагогике.

Например, в процедурный или зубоврачебный кабинет детей приглашает выскакивающая из стены игрушечная сорока или другой зверь; сами дети одеваются в белые халаты и «ассистируют» медицинскому персоналу и т.п. – все это превращает лечебные процедуры в занимательную игру.

Радости, которые доставляют ребенку любовь и внимание старших, интересные игры, прогулки, цирк, зоопарк, лакомство и пр. необходимы для полноценного нервно-психического развития ребенка. Но и радости не должны быть чрезмерными, иначе они становятся обыденными и удовольствие от них притупляется, равно как притупляется и страх перед угрозой наказания, если к ней прибегают слишком часто. Один шестилетний пациент на вопрос, почему он не слушается, разве ему приятно, что его ругают и наказывают, ответил: «Если слушаюсь, то раза три в день все равно попадет, не слушаюсь – то четыре или пять, так уж пусть будет четыре, а не три, но я буду делать, как мне нравиться».

Слово является мощным фактором в воспитании в нужном направлении поведения ребенка. Однако не обесценивайте слово. Если ребенку слишком часто читают нотации, поучения, постоянно ставят в пример других «хороших» детей, то слово перестает влиять на него, а порой вызывает и обратную, негативную, реакцию протеста.

Хорошие слова не подействуют на ребенка, если они не будут подтверждены хорошим примером в поведении старших. Ребенок неосознанно подражает в своих поступках, проявлениях эмоций (спокойствия или нервности), коммуникабельности или конфронтации поведению взрослых, в первую очередь родителей. Это биологический закон, т.к., если бы детеныш животного не повторял поступков родителей, он не мог бы научиться правильно вести себя в окружающем его в мире; а для человека (ребенка) повторение поступков и эмоций родителей формирует тип его отношений к окружающей социальной среде.

Слово, сказанное ребенку, действительно только тогда, когда оно сопровождается соответствующим адекватным ощущением, когда оно становится сигналом реальных событий. Поэтому нельзя что-либо обещать или чем-либо пригрозить ребенку, если вы не уверены, что обещать купить мороженное и не купить его или даже купить вместо него шоколад (пусть даже не менее приятный для ребенка), так как слово «мороженное» должно сопровождаться ощущением холода, полужидкой пищи и т.п.; нельзя пригрозить «укусит собака», которая не укусит, или сказать «дома накажут» и не наказать. Если ребенок знает, что его никогда не обманывают, то будет безотказно слушаться каждого спокойно сказанного слова и не придется прибегать каждый раз к «прянику» или «кнуту».

Вас, наверное, удивляет, что, говоря об общих принципах воспитания полноценного, здорового, спокойного ребенка, мы не касаемся режима дня, личной гигиены, физкультуры, питания и т.п. Что же, все это совершенно безразлично для нервной системы ребенка? Конечно, нет. Нервная и психическая деятельность неразрывно связана со всем организмом, и все, что нужно для физического здоровья.

Хотим обратить внимание на то, что соблюдение режима дня очень важно для полноценной деятельности нервной системы организма. При этом закрепляются условные рефлексы на время: ко времени отхода ко сну наступает сонливость, ко времени приема пищи возникает аппетит. Однако надо помнить, что, стараясь соблюдать режим дня, нельзя приучать ребенка быть его рабом. В жизни неоднократно встречаются обстоятельства, которые не позволят сегодня лечь спать или поесть в привычное время. Поэтому изредка надо и ребенка приучать к тому, что, если он не поест в определенное время, он «не умрет от голода» или не потеряет в дальнейшем аппетит. Особенно важна такая периодическая тренировка для детей так называемого инертного типа, у которых все привычки трудно поддаются к новым, необычным условиям.